Фонд Кино

Заседание сценарной рабочей группы прошло в приятной обстановке. Маленький уютный офис. Чай, кофе, печенье, сушки. Орешки в шоколаде. Ну а что я еще могу описать? =) Сценарии ведь не могу. Чай вкусный, во френч-прессе. Кофе не пил. Зачем кофе в 7 вечера?

Молодые и энергичные работники Фонда ведут заседание. Конструктивные. По делу. Развеялось впечатление, что такие структуры, как правило, управляются закостенелыми, живущими в прошлом и по устаревшим «понятиям», перевалившими за сорок и пятьдесят и шестьдесят людьми с деревянными лицами. Приятно, что хотя бы в одном случае стереотип потерпел крах.

Вокруг стола сидят разные маститые и уважаемые люди. Даже люди-легенды. Атмосфера добродушная, позитивная, даже если кто-то резко высказывается о материале, и даже если кто-то другой не согласен. Энергетика хорошая. Почти не было ощущения, что причастился к процессу решения судеб многих кинопроектов. Собрались, подошли к вопросу ответственно, но без вот этого, «товарищи! мы тут, и давайте же, но чтобы без всяких, ибо на нас возложено, и потому нам надо бессонными ночами…» Приятно, в общем.

Один минус: нужно сначала кучу сценариев осилить. Но я осилю и приду снова. Люди умные и, наверное, хорошие. Дело важное. Сушки вкусные.

Стиль Льва Новоженова чертовски заразителен.

Льва Новоженова на собрании не было.

Не то чтобы я против, чтобы он там был. Я не против. Но его там не было.


Комментарии:

2 Responses to “Фонд Кино”

  1. Владимир Says:

    Александр, вопрос в связи с выходящей книгой.
    В чем для вас разница при работе над книгой и сценарием (если она есть)?

  2. Александр Талал Says:

    Спасибо за вопрос! Разница, разумеется, есть, и не только для меня — это два разных формата и два разных восприятия. Случай с моей книгой особый: она изначально задумывалась как сценарий, а потом адаптировалась в роман, поэтому в ней сохранилась структурность фильма и визуальность повествования. На поверхности это, в каком-то смысле, динамичный «экшен-роман», который, судя по отзывам тех немногих близких мне людей, кто читал рукопись, читается легко и интересно, и легко представляется визуально. Это — те свойства, которые остались в книге от сценарного первоисточника.
    С другой стороны, форма романа (даже жанрового) в отличие от формы сценария чаще всего подразумевает погружение в сознание одного или больше героев, работает с внутриличностным миром и конфликтом. Именно тогда роман или повесть наиболее полно реализуют свой творческий потенциал. С этой точки зрения работа над книгой помогла придать главному герою (да и не только ему) объема, разноплановости. Персонажи зажили, мне кажется, иной жизнью, нежели в кино. Не обязательно лучшей — но лучшей для этого формата.
    Книга не ограничена определенными критериями, специфическими для фильма. В этом отношении в романе больше свободы. Сценарий должен превратиться в двухчасовой фильм. Книгу, если она интересная, можно прочитать хоть в тридцать заходов. Поэтому есть место для лучшей характеризации персонажей, можно легко и в любой момент, если это нужно, обратиться к каким-то событиям из их прошлого, тогда как в фильме чрезмерное количество эпизодов запутает зрителя и рассеет его внимание. Очевидно, что в книге можно обратиться напрямую к мыслям, мировоззрению, эмоциям персонажа, тогда как в кино эти вещи необходимо визуализировать, и порой это тяжело дается.
    Пожалуй, это максимум, что я могу сказать навскидку и в таком формате ответа на комментарий =) Но я размышляю и буду размышлять (в том числе для курсов на сценарном факультете Московской Школы Кино) на предмет экранизаций, которых на моем счету несколько, и, следовательно, различия подходов в литературе и киносценариях. Опыт и выражение этого опыта в ясной, системной форме теоретических или практических занятий — не совсем одно и то же.

Leave a Reply